Становление поэта происходило бурно и стремительно на фоне первой мировой войны, под "терновым венцом революций" (В. Маяковский), в сполохах начавшейся гражданской войны. Он жадно, словно следуя завету А. Блока, высказанному как раз в 1918 году, "всем телом, всем сердцем, всем сознанием" слушал Революцию. У Блока "…дух есть музыка". Демон некогда повелел Сократу "слушаться духа музыки". То есть дух музыки и есть выражение Революции. Для Сеспеля духом Революции была поэзия. Ср.:
Осенью 1917 года он покидает милые его сердцу поля и луга, которые окружали родную деревню, и поступает учиться в открывшуюся в русско-татарском городке Тетюши учительскую семинарию. Иной ландшафт - холмы, круто спускающиеся к Волге, двухэтажные каменные купеческие и мещанские дома, и - другие люди, обуреваемые жаждой деятельности, когда после февральской и особенно после октябрьской революции 1917 года им виделись новые перспективы в деле построения нового мира. Как писал Сеспель позднее: "ÇЕн тЕнче! Эй, ÇЕнЕ Кунім, // Каялла ан кай, ан чак!". И он как бы попрощался с прежним чувашским миром, сохранив при этом духовные силы (чіваш хівачЕсем) и свое основное орудие - язык (тЕп чіваш чЕлхи), который позже стал его огненным глаголом ("ХЕрлЕ хЕртнЕ хурçі, çунтаракан çиçЕм, // ВЕри вутлі çулім…" - Чіваш чЕлхи", 1920). Именно в Тетюшах произошло его самоопределение как поэта и осознание своей творческой и жизненной миссии. 13(26) января 1918 года появляется его небольшая публицистическая статья "Так ли помогаете?" (Çапла пулішатір-и?), подписанная именем ÇеçпЕл. 1918-й год в этом отношении был решающим. Он активно включается в социально-политическую деятельность: вместе с товарищами организует союз трудящейся молодежи города, сближается с Чувашским национальным обществом, публикует своего рода сжатую политическую программу чувашского национального действия "Наша сила" ("ПирЕн вій"), пишет стихотворения "Обездоленных свет в непосильной борьбе" и "Пуласси" ("Грядущее"), в которых провозглашает лозунги свободы, равенства и братства ("Развевайся, о знамя свободы святой…"). Он был уверен, что эти лозунги должны стать символами будущего мироустройства.
Он знал, конечно же, чувашские народные песни и с увлечением читал русскую поэзию XIX века (Никитин, Кольцов, Лермонтов, Некрасов). "…Вспоминаются мне мириады звезд, росистые луга и кусты зеленые и поэзия Никитина, - наверное, потому что звезды, росу и проч. я больше всего люблю" (Тетюши, 5 ноября 1919 года).
…В 1911-1914 годах Михаил работает переписчиком Шихазанского волостного правления, много читает, пытается рисовать и вместе с братом Гурием мечтает "закатить в Америку". Также у него возникает интерес к магическому искусству деда и гипнозу. Устремления - для деревенского подростка весьма неординарные. При этом он продолжает учебу в Шихазанской второклассной учительской школе. Уже шла первая мировая война, и Михаил добровольцем срывается на фронт, работает в штабе, в санитарном поезде, помогает вывозить раненых с передовой в тыл. Был комиссован и в августе 1916 года возвращается домой. Продолжает учебу, и к этому же времени относятся его первые опыты стихотворчества.
Эти два трагических события - болезнь и потеря отца - омрачили детство Михаила и, тем не менее, он вспоминал о нем, отчасти идеализируя, как о светлой поре (несмотря на нужду и лишения в повседневной жизни): "Я помню миг, с которого я начинаю помнить себя. Мне кажется тот миг началом моей жизни. Тот миг - теплое весеннее утро - мирное, священно-патриархальное; изумрудная травка - покрытая серебристо-алмазной росой. Небо было ярко-голубое, солнце только всходило и играло лучами на вершинах старых тенистых ив. Я бегал босой по росистой зеленой траве, и кругом все сияло ослепительными лучами, чудными цветами и красками, и было чисто, невинно. То было утро моей жизни …" (Сюкеево, 20 января 1920 года).
В том же году на свадьбе его отец в состоянии аффекта убивает топором своего старшего брата. Он был посажен в Цивильскую тюрьму и затем осужден на каторжные работы. Но Михаил продолжал любить отца. Своему "дорогому другу", Анастасии Червяковой, он писал: "После моего отца, кроме Вас, у меня никого близкого человека не было. Отец любил меня, но любовь его ко мне, эта родственная любовь, закончилась трагично. Я Вам не говорил: отец мой каторжанин. Я остался после отца один" (Тетюши, 19 марта 1920 года). Там же он называет отца "единственным любящим меня существом". Он мечтает о встрече с ним: "Не знаю, жив ли он, ах, рассказал бы ему, что на свете у меня нет никого, кроме него, кто бы любил меня".
В 1907 году Михаил поступил учиться в начальную школу при Шихазанской второклассной учительской школе. На исходе учения весной 1911 года его, вернувшегося на каникулы, отправили в ночное. Неожиданно ударили заморозки и Михаил, застудив ноги, с тех пор стал мучиться костным туберкулезом.
Михаил Сеспель родился 4(16) ноября 1899 года в семье бедного крестьянина деревни Казаккассы-Шугурово (Касаккаcси ШЕкЕр) Шихазанской волости Цивильского уезда Казанской губернии (с 1969 года деревня Сеспель Канашского района Чувашской Республики). На четвертый день после рождения был крещен в Шихазанской церкви Казанской иконы Божией Матери. По линии матери Угахви он унаследовал дар речевого воздействия на сознание (вЕрÿ-суру чЕлхи) от деда Варлан Мигулая, который был известным целителем (юміç). Нелюдимость и одновременно резкий, взрывной характер достались ему, вероятно, от отца Кузьмы. Но именно отец смог предугадать дарование сына и внушить свою убежденность в его высоком предназначении (сути которого он, скорее всего, и не мог понимать).
Сеспель (ÇеçпЕл Мишши) есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление чувашского духа. Его Новое Слово есть пророчество и указание, а короткая жизнь - творческий прорыв в преображенное будущее. Он сам был, личностно, Вызовом-и-Ответом чувашской почве и судьбе.
Каждая наша истина требует своего мученика.
окупивших ее страданий автора (…)
Правду в наше время измеряют ценой
имеет силы и на борьбу с жизнью.
… имеющий силы умереть
В Чувашском книжном издательстве готовится к выходу книга "Сеспель", посвященная выдающемуся чувашскому поэту. Она содержит произведения Михаила Сеспеля на чувашском и русском языках, проиллюстрированные 22 работами художника Георгия Фомирякова. 16 ноября, в 113-й день рождения поэта, "ИрЕклЕ Сімах" впервые публикует статью Атнера П. Хузангая, вошедшую в книгу о Сеспеле в качестве послесловия.
Михаил Сеспель как чувашский культурный герой ХХ века
16.11.2012 16:53
Внимание!!! У вас отключены JavaScript и Cookies! Для полноценной работы сайта Вам необходимо включить их!
Чувашская интернет-газета "Свободное слово"
Михаил Сеспель как чувашский культурный герой ХХ века
Комментариев нет:
Отправить комментарий